Богословское образование в Волгограде в 1993—2003 гг.: ступень развития

Игумен Владимир (Перевертайло). Богословское образование в Волгограде в 1993-2003 гг.: ступень развитияИгумен Владимир (Перевертайло). Богословское образование в Волгограде в 1993—2003 гг.: ступень развития

Архиерейский Собор Русской Православной Церкви в 1994 г. принял определение “О задачах Церкви в области богословского образования”, где было указано, что богословское образование является “приоритетной общецерковной задачей, от решения которой во многом зависит пастырский облик нашей Церкви” (1). За период 1993 – 2003 гг. в Волгограде была реализована модель высшего богословского образования (направление 520200 “теология”), которая принципиально отличается от так называемого светского религиозного образования (то же направление 520200 “теология” и специальность 020500 “теология”) на теологических факультетах классических университетов. Не соотносится она вполне и с богословским образованием открытого типа, главным вдохновителем и устроителем которого является Свято-Тихоновский богословский институт в Москве. Закрытый тип школы, автономия в рамках Царицынского православного университета, прямая подчиненность богословского факультета правящему архиерею (он же ректор), органичная включенность факультета в жизнь монастыря и храма, интегрирование в его структуру в качестве неотъемлемой части одногодичного Духовного училища, финансирование из средств епархии позволяют характеризовать систему богословского образования в Волгограде как традиционный тип школы в экстраординарных условиях. Его можно было бы назвать киновиально-университетским. Цель данной работы состоит в рассмотрении богословского образования в Волгограде как целостной образовательной системы. Задачи работы нами видятся в структурном анализе целей, содержания, организации, форм и методов построения учебного процесса. Наше исследование оказалось бы неполным без указания на проблемы и перспективы богословского образования в Волгограде.

Источниковая база исследования включает в себя документы учебной части духовного училища и богословского факультета, а также печатные материалы газеты “Православное слово”. К числу официальных документов относятся: “Положение о богословском факультете Царицынского православного университета преп. Сергия Радонежского”, учебные планы духовного училища и богословского факультета, формулярные листы, годовой отчет богословского факультета за 2002—2003 учебный год, списки выпускников и прочее. Методологический статус имеет беседа с Его Высокопреосвященством Высокопреосвященнейшим Германом (Тимофеевым) Митрополитом Волгоградским и Камышинским, ректором Царицынского православного университета, священноархимандритом Свято-Духова монастыря г. Волгограда по вопросам богословского образования от 26.04.2004 г. Наиболее важные документы помещены нами в “Приложениях” к работе.

Проблема метода научного исследования состоит в принципиальной ограниченности науки и инструментов ее познания. По мере возвышения над фактами и логической их интерпретацией в духовную сферу познание становится более личностным, субъективным, зависящим от сознания и воли познающего субъекта. В работе нами были использованы общенаучный системный метод и метод сравнительного анализа, а также конкретно-исторический метод. Православное богословие и методология образования пока еще мало разработаны. Предварительно можно указать на три метода, которые использованы в нашей работе: христологический метод, святительский метод, литургический метод.

Христологический метод выражен евангельскими словами Господа и Спасителя нашего Иисуса Христа “Я есмь путь и истина и жизнь” (Ин. 14,6) и “Кто пребывает во Мне, и Я в нем, тот приносит много плода; ибо без Меня не можете делать ничего” (Ин. 15,5). Православный ученый, совершая свой труд, не может помыслить себя вне синергийных отношений с Богом и с миром. Акт познания насыщается верой, питается надеждой, одушевляется молитвой, направляется по пути, указанному Христом, к вечной жизни, к славе Божьего Царства.

Святительский метод придает решающий вес слову епископа как носителя живого апостольского преемства, в котором высказывается полнота Церкви. Работник церковной науки не может быть “отвязан” в своих суждениях от суждения правящего архиерея, если он находится в каноническом послушании.

Литургический метод зовет нас к рассмотрению отдельных фактов и явлений в свете преображающего единства святой Литургии, Божественным огнем которой освящается и направляется всякое творческое действие, всякий творческий человеческий порыв.

Литература вопроса по богословскому образованию вообще довольно обширна, по богословскому образованию в Волгограде очень скудна. Прежде всего, хотелось бы отметить статью прот. Максима Козлова “Духовное образование в России в XVII-XX в.в.” из “нулевого” тома “Православной энциклопедии” (2). В ней достаточно полно раскрывается крестный исторический путь русской богословской школы и богословской науки, их основная проблематика. Современный этап реформы системы духовного образования Русской Православной Церкви получил отражение в статье того же автора “Реформа духовных школ диктуется новыми условиями жизни” (3), где аргументировано доказывается, что неизбежность реформы совершенно неотвратима и неотменима никакими обстоятельствами.

Богатый фактический материал представлен в сборнике “Религия и школа в современной России. Документы. Материалы. Выступления”, где помещен доклад Председателя Учебного комитета Русской Православной Церкви Архиепископа Верейского Евгения “Интеграция богословского образования Русской Православной Церкви в систему российского образования” (4). Выражая официальную позицию Учебного комитета, докладчик наметил реальные шаги для поэтапной интеграции богословского образования Русской Православной Церкви в российское образовательное пространство.

В книге “Православный Свято-Тихоновский богословский институт” раскрывается многогранный опыт деятельности института, который первым из высших учебных заведений нашей Церкви прошел государственное лицензирование, первым получил государственную аккредитацию, в котором были разработаны новые государственные стандарты по теологии, ныне утвержденные Министерством образования Российской Федерации (5).

Обращаясь к содержательной стороне публикаций по теме нашей работы нельзя обойти вниманием сборник статей и докладов иеромонаха Илариона (Алфеева) “Православное богословие на рубеже столетий” (6) (Иеромонах Иларион ныне епископ). Автор подвергает резкой критике систему духовных школ России, ищет и находит ответ на вопрос: что делать, чтобы поднять богословскую науку на качественно новый уровень. Книга достойна серьезных размышлений, но в целом в ней выражен взгляд богословия на Запад к новому очарованию Западом и даже к новому “западному пленению”, как бы ни хотел автор того избежать.

Взгляд богословия на Восток обращает проф. А. И. Осипов в двух статьях “Русское духовное образование” и “Задачи духовного образования” (7). Вслед за славянофилами А. С. Хомяковым, И. В. Кириевским, русскими святителями Филаретом (Дроздовым), Игнатием (Брянчаниновым), прот. Георгием Флоровским проф. А. И. Осипов убедительно вскрывает трагизм отступления от православного идеала духовного образования. “Но разве может духовное образование отрицать Бога и Христа? Как видим, и могло, и может, если забывает самое ценное и великое в этом мире — душу человека. Тогда закономерно наступает революция” (8). Однако все же открытым остается вопрос: как возможно в современных условиях вернуть богословское образование к утраченному идеалу? Как строить современную богословскую школу? Некоторый выход, как нам представляется из безвыходной ситуации отступничества намечает преподаватель МДА О. Шведов в статье “Православная интеллигентность и интеллигентное Православие” (9). Путь преодоления крайностей несторианствующего и монофизитствующего сознания в Церкви, откуда вышли безверие и раскол, путь гармонического сочетания разума и веры автор видит в свете твердого халкидонского исповедания соединения природ в Личности Господа Иисуса Христа неслитно, нераздельно, неразлучно, неизменно, в обращении богословия к святоотеческой гимнографии, литургическим богослужебным текстам.

Из святой Литургии, как из неиссякаемого источника истинного богопознания, богопросвящения, освящения и богословствования исходит современный сербский иерарх, богослов, педагог и миссионер митрополит Черногорский и Приморский Амфилохий (Радович). Его книга “Основы православного воспитания” полагает фундамент православной теории и методологии образования, воодушевляет осущесвленным сочетанием высокого интеллектуализма и святоотеческого духа (10).

О возможности и реальности несхоластического евхаристического богословствования говорят нам жизнь и труды выдающихся богословов XX в. преп. Иустина (Поповича) (11), свт. Николая (Велимировича) (12), В. Н. Лосского (13). Это те духовные ориентиры, которые подобно древним отцам IV в. Василию Великому, Григорию Богослову, Григорию Нисскому, Иоанну Златоустому способны вдохновить юношество на нелегкий труд учения и молитвы.

По богословскому образованию в Волгоградской епархии 1993 – 2003 г.г. существенное значение имеют две работы: священника Николая Станкова (14) и выпускника БФ ЦПУ В. Г. Патрина (ныне аспиранта Московской Духовной академии) (15). Работа последнего скорее набросок, но она содержит сведения по истории факультетской библиотеки, сведения о научных и студенческих конференциях. В.Г. Патрин приводит полные перечни дипломных работ выпускников факультета и списки публикаций в сборниках “Христианство: вехи истории”, “Мир Православия”, “Средневековое Православие: от прихода до патриархата”.

Прорись богословия

Прорись богословия в Волгограде (образовательная система) началась с момента включения духовного училища в структуру богословского факультета Царицынского православного университета преп. Сергия Радонежского. Дату основания факультета 04.10.92 г. следует считать условной. Однако если рассматривать училище и факультет как целостное единство и принять во внимание тот факт, что лучшие выпускники училища 1992—1993 гг. после собеседования были зачислены на первый курс факультета, став его полноценными студентами, условная дата приобретает определенный смысл. В день празднования Казанской иконы Божией Матери, особо чтимой в Царицыне — Сталинграде — Волгограде, 4 ноября 1991 г. открытием духовного училища было положено начало возрождению духовного образования во вновь учрежденной Волгоградской епархии.

Становление богословской школы проходило под покровом Небесной Владычицы. В сентябре 1993 г. на факультете начались занятия. Получил благословение и был принят первым деканом В.В. Перевертайло, выпускник исторического факультета Волгоградского государственного университета (ВолГУ). В должности заведующего училищем был утвержден иерей Сергий Ермаков.

Время 1993—1994 г.г. для Духовного училища и богословского факультета можно характеризовать как ступень выживания. По воспоминаниям тех лет условия жизни учащихся и студентов были сверхскромные, быт неотлажен. Спали в бывшей солдатской казарме, церковь устроили в бывшем спортзале. Помещений для занятий не хватало, заниматься порой приходилось в трапезной монастыря, которая также не была обустроена. Расписание занятий, режим дня, первый учебный план набирались на пишущей машинке. С преподавателями заключались трудовые договоры на почасовую оплату. Многие преподаватели трудились безвозмездно.

С приходом в 1994—1995 учебном году на должность декана иерея Николая Станкова, кандидата исторических наук, доцента ВолГУ связана ступень стабилизации системы богословского образования в Волгограде. Духовное училище прочно заняло место подготовительного отделения богословского факультета Царицынского православного университета (директор Духовного училища иеромонах Владимир (Перевертайло)).

Стали проводиться приемные экзамены, по итогам работы приемной комиссии производиться зачисление. Исключительный раз была сделана попытка приема абитуриентов на факультет после экзаменационных испытаний, минуя духовное училище. В итоге курс распался. Одногодичное духовное училище с интенсивным курсом обучения и напряженной молитвенно-богослужебной жизнью давало возможность присмотреться к учащемуся, выявить его способность или неспособность к получению высшего богословского образования.

С самого начала правящим архиереем и руководством факультета был отвергнут путь светского теологического образования. Для традиционных семинарии и академии не было преподавателей. Сама жизнь вынуждала остановиться на варианте автономного богословского факультета при монастыре, реализовывать, если можно так выразиться, тип высшей архиерейской монастырской богословской школы. Тогда единственным человеком с завершенным богословским образованием в епархии был правящий архиерей, священноархимандрит возрождающегося Свято-Духова мужского монастыря ректор Царицынского православного университета Архиепископ Волгоградский и Камышинский Герман (Тимофеев).

За семь лет пребывания на посту декана иерея Николая Станкова, на факультете стабилизировался учебный процесс, была отлажена работа учебной части (деканата), приведена в порядок документация, чему в немалой степени способствовал самоотверженный труд секретаря факультета С. Н. Грищенко (Юматовой). Факультет освоил первый вариант государственного стандарта по направлению “теология”, в декабре 1998 г. прошел государственное лицензирование (до этого лицензирование проходил Царицынский православный университет, как единое учебное заведение). В духовном училище появился регентский класс и заочное отделение, на факультете — регентское отделение. К кафедре богословия и церковной истории добавилась кафедра церковного пения. В 1999 г. регентское отделение выделилось в самостоятельный церковно-певческий факультет. Груз воспитательной работы среди учащихся духовного училища и студентов богословского факультета принял на себя старший воспитатель (проректор по воспитательной работе) В. И. Кардаев. В качестве талантливого преподавателя и требовательного администратора трудился на факультете заместитель декана Е. В. Мавродиев.

В ряду проблемных вопросов “Чему учить?” и “Кто будет учить?” на первом месте стоял вопрос “Кого учить?”. В этом смысле 1996—1997 учебный год можно считать переломным. Из училища на факультет пришли талантливые студенты, которые составили в 2000 году первый полноценный выпуск бакалавров богословия. (Выпускники 1998 г. покинули пределы епархии, в 1999 г. выпуска не было). Так, после стажировки в МДА на факультете появились свои преподаватели со степенью кандидата богословия: Александр Александрович Пржегорлинский (2001г.), иеродиакон Никифор (Казаков) (2003г.) В последующие годы выпуски не прерывались. Выпускники принимали священный сан, становились монахами, иподиаконами, преподавателями в Духовном училище, преподавателями в церковно-певческой и воскресных школах, занимались методической работой, церковно-общественной деятельностью. На конец 2003 года пятеро выпускников богословского факультета готовились к защите кандидатских сочинений: иерей Алексей Романович Михайлишин, Владимир Михайлович Комлев, Владимир Александрович Тупиков, Александр Васильевич Чепурной, Вячеслав Геннадьевич Патрин. По благословению Святейшего Патриарха Алексия выпускники факультета получили возможность специализироваться в МДА по основным отраслям богословия: догматике, патристике, литургике, библеистике, каноническому праву.

Интерес к проблематике серьезной науки, высокий научный уровень дипломных работ был достигнут благодаря неустанному попечению заместителя декана по научной работе, византолога, кандидата исторических наук, доцента ВолГУ Н.Д. Барабанова. Его рачением созывались межвузовские научные и студенческие конференции, выходили сборники “Христианство: вехи истории”, “Мир Православия”, “Средневековое Православие: от прихода до патриархата”.

Научный облик богословского факультета Царицынского православного университета во многом определял профессорско-преподавательский состав исторического факультета ВолГУ (проф. А. С. Скрипкин, проф. И. О. Тюменцев и др.) Существенный вклад в дело образования будущих пастырей и богословов внесли профессора и преподаватели философского и филологического факультетов ВолГУ (проф. А. И. Пигалев, проф. С. П. Лопушанская).

Отсутствие специалистов по богословию составило значительную проблему. Руководство факультета пыталось ее решить через приглашение “гостевых” лекторов. Так, в Волгограде читали лекции и принимали зачеты и экзамены: В. М. Лурье (Санкт-Петербург), диакон Андрей Кураев (Москва), протоиерей Владислав Цыпин (Москва), протоиерей Георгий Урбанович (Смоленск), проф. А. Л. Дворкин (Москва), архимандрит Платон (Игумнов), доцент Беляев А. В. Но большую часть времени по богословским дисциплинам студенты вынуждены были заниматься самостоятельно. Это имело свою положительную сторону. Засиживаться над книгой побуждало не желание поскорее сдать тот или иной экзамен, а стремление разобраться в существе неразрешенных вопросов. Вопросы догматики и аскетики становились вопросами жизни и спасения, а не только вопросами школы. Этому немало способствовало увеличение фондов университетской библиотеки, открытие читального зала и абонемента. У многих студентов был “ночной абонемент”, когда та или иная редкая богословская книга выдавалась под “честное слово” студенту и прорабатывалась им за одну ночь.

В качестве альтернативы неизбежной “светскости” вузовского образования сознательными учащимися и студентами избиралась напряженная духовная жизнь по уставу монастыря с молитвенными правилами, исповедями, регулярным приобщением Святых Тайн. В первую седмицу Великого Поста, а также на Страстную и на Светлую седмицы учащиеся и студенты не учились, говели и причащались, были в храме. Не учились также и в Великие двунадесятые праздники, и праздники особо чтимых святых: преп. Сергия Радонежского, св. евангелиста Иоанна Богослова, св. Николая Мирликийского. Такая внушительная с точки зрения учебного плана, потеря часов при ежедневном посещении утренних и вечерних богослужений учащимися и Литургий студентами способствовала обретению ими церковного сознания, приобщала к живительному источнику некнижной мудрости.

2002—2003 учебный год открыл новую ступень богословского образования в Волгограде, которую справедливо выделить как ступень развития. Состав начальствующих радикально обновился. Должность декана занял кандидат исторических наук А.В. Дубаков, директора Духовного училища — В. И. Кардаев, секретаря факультета — С. М. Ермолов, секретаря Духовного училища Т. И. Щербак. Был окончательно завершен переход на новый образовательный стандарт по направлению 520200 “теология”, разработанный Свято-Тихоновским богословским институтом, принят на его основе новый учебный план.

Факультет вторично прошел государственное лицензирование (регистрационный № 0547 от 6 мая 2002 г.), начал активную подготовку к процедуре аккредитации. Осенью 2003 г. на факультете было открыто заочное отделение, где изъявили желание обучаться 10 священнослужителей.

За десятилетие факультетом было осуществлено пять выпусков, подготовлен 31 бакалавр богословия. На 15 декабря 2003 г. на очном и заочном отделениях духовного училища и богословского факультета в общей сложности обучалось 180 человек.

Обучающая система

Обучающая система задается сознательной целью учебной деятельности.

При рассмотрении номенклатуры целей нами видятся, как минимум, четыре исходные позиции.

  1. Цели, как они сформулированы в “Положении о богословском факультете Царицынского православного университета преп. Сергия Радонежского”.
  2. Цели, изложенные в государственных стандартах по направлению 520200 “теология” и специальности 020500 “теология”.
  3. Цели, которые ставят перед собой преподаватели конкретных предметов.
  4. Цели, которые ставят перед собой учащиеся и студенты, приступая к освоению основной образовательной программы.

Очевидна разность оснований целеполагания, отсюда и возможная широкая модификация в постановке и достижении целей. При построении учебного процесса резко обнаруживает себя рассогласованность формулируемых целей. Можно попытаться ввести уровни согласования.

Например:

  • уровень нормативных документов;
  • уровень учащих и учащихся.

В первом случае мы сталкиваемся с парадоксом церковного возрождения в нашей стране. Потребности Церкви в образованных клириках опережают становление институтов гражданского общества, изменения в сфере образовательной политики российского государства. Стандарты по теологии не предполагают “совершение культовых обрядов” и подготовку священнослужителей. Система богословского образования в Волгограде преследует цели с точностью наоборот. Потребность церковного свидетельства не подтверждается государственным признанием, государственным стандартом.

Во втором случае минимальный процент штатных преподавателей, преобладание профессоров и доцентов из светских вузов, отсутствие (или почти отсутствие) традиций школы препятствуют искомой цельности и целостности, работе “командой” в одном духе и одних мыслях.

Можно попытаться расположить цели в иерархическом порядке, соподчинив последующие предыдущим.

  1. Подготовка будущих пастырей.
  2. Подготовка преподавателей богословских и церковно-исторических дисциплин.
  3. Подготовка теологов-исследователей, экспертов-консультантов и проч.
  4. Пробуждение духовного и творческого потенциала студентов.

Такая иерархическая соподчиненность целей представляется удовлетворительной, тем более что она отражает реальное состояние обучающей системы в Волгограде на настоящий момент. Но интегративное решение проблемы согласования целей все же может быть предложено лишь на пути обретения учащимися и студентами личного духовного опыта, очищения ума “евангельскими подвигами” (преп. Иустин (Попович)), “доверия святым” (св. Григорий Палама). Тогда вышеизложенные цели видятся не более чем задачи, а единственная цель подготовки и будущего пастыря, и будущего богослова выражена в святоотеческом опыте: богослов тот, кто молится (см. Приложение №1).

Ясно означенная цель формирует содержание обучения. Содержание учебной деятельности отражено прежде всего в учебных планах, рабочих программах по конкретным предметам, программах практик (богослужебной — для учащихся духовного училища, богослужебной, научно-исследовательской, педагогической — для студентов богословского факультета). Содержание обучения богословской школы демонстрирует два основных модуля:

  • специальный (училище);
  • универсально-специальный (факультет).

Содержательные уровни и их соотношение нами рассматриваются несколько иначе, чем это обычно принято в дидактике (дидактика — теория обучения). Если богословие это боговидение, личный молитвенный аскетический литургический опыт человека в Церкви и способ мышления на основании святоотеческого церковного опыта, то в этом смысле специальное обучение (училище) обоснованно предшествует универсальному и узкоспециальному (факультет). Сначала образ (опыт) жизни, потом образ (опыт) богословствования. На годичных актах факультета Высокопреосвященнейший Герман настоятельно подчеркивает важность прохождения программы духовного училища, которая помимо катехизиса, библейской и церковной истории, богослужебного устава и др. дисциплин включает в себя обязательное ежедневное участие в утренних и вечерних богослужениях, клиросное чтение и пение, несение церковных послушаний. Таким образом, последующее образование богословов и будущих пастырей Церкви находит духовную основу.

Система классического университета предполагает фундаментальную базовую подготовку. Новый учебный план богословского факультета включает следующие циклы:

  • Общие гуманитарные и социально-экономические дисциплины (1800 часов).
  • Общие математические и естественнонаучные дисциплины (550 часов).
  • Общепрофессиональные дисциплины (1758 часов).
  • Специальные дисциплины (2262 часа).
  • Факультативные дисциплины (450 часов).

Каждый цикл состоит из дисциплин федерального компонента, национально-регионального (вузовского) компонента и курсов по выбору. Такая гибкая структура учебного плана открывает широкие возможности для вариативного построения содержания богословского образования. Например, возможны стратегии усиленной филологической, исторической, философской базовой подготовки студентов. Специальные (богословские) дисциплины занимают в учебном плане примерно треть часов, но и их объем может быть увеличен за счет дисциплин общепрофессионального блока. Если учесть представленные в учебном плане элективные курсы (курсы по выбору), то уже теперь могла бы иметь место ранняя психолого-педагогическая специализация. Однако, малое число студентов и недостаток квалифицированных преподавателей не дают реализовываться возможностям элективных курсов.

Учебным планом предусматривается написание трех курсовых работ и защита дипломной работы. Общее число зачетов — 47, экзаменов — 33. Выпускные экзамены: “Догматическое богословие” и “Священное Писание Нового Завета”.

Концентрированным выражением цели и содержания обучения является присваиваемая квалификация. Факультет не готовит теологов, хотя полностью выполняет государственный стандарт по теологии (бакалавриат). Выпускники получают дипломы бакалавров богословия с дополнительной квалификацией “преподаватель”. Факультет движется в русле реформы системы духовного образования Русской Православной Церкви. Разница в том, что он поставлен перед насущной задачей не реформировать свою систему, а активно ее формировать. Это позволяет избежать недостатков старой школы, хотя не избавляет от них вполне.

Вопрос вопросов – принцип организации учебной деятельности. Приведем веское слово св. Григория Богослова: “Хочешь ли со временем стать богословом? Соблюдай заповеди, ибо дела, как ступени, ведут к созерцанию. Невозможно достигнуть мудрости, не живя мудро” (16). Существуют две основные педагогические парадигмы: так называемая “знаниевая” парадигма и личностная парадигма. Достижение богословского знания никак не “вписывается” в знаниевую парадигму, потому что оно является выражением личности человека, результатом проверки христианской истины на самом себе (17).

В построении целостного учебного процесса в училище и на факультете прослеживаются четыре установки:

  • предметоцентризм
  • администрирование
  • регламентация
  • самоорганизация.

В училище преобладают администрирование и регламентация, на факультете — предметоцентризм и самоорганизация. Хотя училище и факультет не различимы по оси как “среднее” и “высшее”, и средний возраст учащихся духовного училища “старше” среднего возраста студентов богословского факультета, все же факультет от училища отличает “презумпция взрослости”. В училище больше авторитаризма, на факультете — сотрудничества. Студенты освобождены от трудовых послушаний, от посещения вечерних богослужений в будние дни, больше располагают своим временем. Студентов “прорабатывают” за дисциплинарные проступки мягче, с ними больше “считаются”, особенно ближе к старшим курсам.

Предварительный анализ организационных принципов не обнаруживает перспективы для перевода учебного процесса в личностную парадигму. Однако тщательное продумывание исходных положений богословской школы в Волгограде побуждает нас к противоположному выводу. Экклезиальное духовно-нравственное основание, приоритет “чистоты сердца” (Мф.5.8) над изворотливостью ума, молитвы над голым знанием говорят об обращенности школы в целом ко внутреннему миру учащихся и студентов, о возможности несхоластического типа педагогического взаимодействия.

От цели, содержания, организационных принципов производны формы и методы учебной работы.

Богословское образование в Волгограде на процессуальном уровне обнаруживает новую грань единства. Университетская система воспроизводит устойчивые формы обучения: лекции, спецкурсы, семинары, написание рефератов, контрольных, курсовых и дипломных работ, зачеты, экзамены. И в училище, и на факультете академические часы составляют пары, по три-четыре пары ежедневно. Учащиеся и студенты слушают лекции, работают в семинарах, сдают экзамены и зачеты. Уже в училище практикуется составление конспектов, написание рефератов, приготовление сообщений. Учебный процесс на факультете для учащихся духовного училища не составляет принципиальной новизны. Как на факультете, так и в училище трудятся специалисты высокой квалификации. Выпускники факультета, став преподавателями в училище, продолжают удерживать формы обучения и стиль университета.

Существуют различные классификации методов обучения. Рассмотрим основные методы учебной работы богословской школы в Волгограде в направлении преобладания личностной активности учащихся и студентов:

  • репродуктивный
  • объяснительно-иллюстративный
  • эвристический
  • проблемный
  • диалоговый.

Ценность метода возрастает по мере того, как он способствует пробуждению личностной творческой активности сознания обучающегося. Однако нельзя сказать, что один метод лучше, а другой хуже. Учебная цель достигается путем оптимального сочетания различных методов. Обширный фактический материал требует сухого академического изложения “под запись”, с тем, чтобы учащиеся и студенты могли его воспроизвести (репродуктивный метод). Сложность явления, принципа или идеи побуждают прибегать к ярким примерам, иллюстрациям, схемам, объяснять (объяснительно-иллюстративный метод). Семинарская работа с документами, источниками (по истории древней Церкви, истории Русской Православной Церкви) способствует организации ситуации научного поиска (эвристический метод). Мировоззренческая направленность философского и богословского циклов дисциплин открывает широкие возможности для применения проблемного и диалогового методов. Проблемный и диалоговый методы взаимообогащают преподавателя и студента, сообщают им радость сотрудничества, приобщают к перспективе духовного роста.

Суммарно проблемы можно представить следующим образом:

  • проблемы набора (количество, качество абитуриентов, иногородние, из стран ближнего зарубежья)
  • проблемы быта (жилье, классные комнаты, помывочные, медпункт)
  • проблемы питания (рацион, постовые, праздничные трапезы)
  • проблемы здоровья учащихся и студентов (медицинское обслуживание, физические и психические нагрузки)
  • проблемы поддержания дисциплины (меры поощрения и наказания, вольное поведение студентов)
  • проблемы духовного окормления (духовник, исповеди, епитемьи)
  • проблема нехватки преподавателей богословских дисциплин
  • проблема трудоустройства выпускников, не имеющих благословения принять священный сан
  • проблема создания целостной системы непрерывного богословского образования начального, среднего и высшего звена.

Система богословского образования в Волгограде идет по пути решения названных проблем. Некоторые из них уже решены (проблемы набора, бытовые проблемы, проблемы питания), некоторые решаются (проблемы поддержания дисциплины, проблема богословских кадров), некоторые еще ждут своего разрешения (проблемы духовного окормления, проблема трудоустройства). Назревшая проблема создания целостной системы непрерывного богословского образования, которая включала бы в себя как начальное, так и среднее звено (прогимназия, гимназия, лицей) не может быть решена в ближайшей перспективе. На данный момент возможно расширение и укрепление связей с воскресными школами, создание скоординированной программы семейного детского и подросткового воспитания. Одаренные студенты могли бы специализироваться на церковно-педагогическом поприще.

Заключение

В связи с предстоящей интеграцией духовного образования Русской Православной Церкви в систему российского образования остро встают вопросы богословского профессионализма и богословской образованности. Перспектива церковного свидетельства прямо зависит от уровня образованности будущих богословов и пастырей. Настоящая курсовая работа была посвящена рассмотрению системы богословского образования в Волгограде за период 1993—2003 г.г., которая включает в себя учебные структуры: духовное училище и богословский факультет Царицынского православного университета преп. Сергия Радонежского. Нами была рассмотрена также система обучения с точки зрения целей, содержания, организационных принципов, форм и методов учебной деятельности.

Минувшее десятилетие школы говорит о насущной потребности и осуществимости синтеза киновии и университета, опытной веры и научного знания; синтеза, не лишенного внутреннего антиномического напряжения, но принимаемого простым единством сознания Церкви. Прибегая к педагогической аналогии можно сказать, что богословское образование в Волгограде демонстрирует качества экспериментальной площадки реформирования системы духовного образования Русской Православной Церкви. То, к чему реформа только приступает, уже десять лет пробивает себе дорогу на волгоградской земле.

Список литературы

  1. Амфилохий (Радович), митрополит. Основы православного воспитания. Сборник статей. Пермь, 2000.
  2. Воробьев В., прот. Проблемы православного образования сегодня. // Богословский сборник. Выпуск 9. ПСТБИ. М., 2002.
  3. Евгений (Решетников), архиепископ. Интеграция богословского образования Русской Православной Церкви в систему российского образования. // Религия и школа в современной России. Документы. Материалы. Выступления. М.: Планета-2000, 2003.
  4. Иларион (Алфеев), иеромонах. Православное богословие на рубеже столетий. М., 1999.
  5. Козлов М., прот. Духовное образование в России в XVII – XX вв. // Православная Энциклопедия. Русская Православная Церковь. М., 2000.
  6. Козлов М., прот. Реформа духовных школ диктуется новыми условиями жизни. Доклад на научно-практической конференции “Богословское образование и наука в XXI веке” (9-11 октября 2001 г., Троице-Сергиева Лавра.)
  7. Осипов А.И. Русское духовное образование. Задачи духовного образования. // Православное понимание смысла жизни. Киев, 2001.
  8. Патрин В. Г. Научная жизнь на богословском факультете Царицынского православного университета. // Мир Православия. Вып. 5. 2004. [в печати].
  9. Православный Свято-Тихоновский богословский институт: 1992 – 2002. М., 2002.
  10. Светлов П.Я., прот. Одигетика. Киев, 1997.
  11. Станков Н., иерей. Становление Волгоградской епархии. // Очерки по истории Волгоградской епархии Русской Православной Церкви. Волгоград, 2003.
  12. Шведов О. Православная интеллигентность и интеллигентное Православие. // Православная беседа. № 3, 2000.

ПРИЛОЖЕНИЯ — Еще молимся о милости, жизни,
мире, здравии, спасении, посещении,
прощении и оставлении грехов рабов
Божиих братии святыя обители сея, зде
начальствующих, учащих и учащихся…
(прошение Сугубой ектеньи) Приложение №1

Богословское образование в Волгограде в 1993—2003 гг.

Беседа с Его Высокопреосвященством Высокопреосвященнейшим Германом (Тимофеевым), митрополитом Волгоградским и Камышинским, ректором Царицынского православного университета прп. Сергия Радонежского.

Ваше Высокопреосвященство!

Было бы ошибкой с моей стороны не обратиться в первую очередь к Вам, ректору и правящему архиерею, за разъяснением некоторых вопросов, касающихся богословского образования в Волгограде за период с 1993—2003 гг. В мою исследовательскую задачу входит рассмотрение богословского образования в Волгограде с точки зрения целей, содержания, организации, форм и методов построения учебно-воспитательного процесса. Иными словами, мне хотелось бы проанализировать учебно-воспитательную работу на богословском факультете ЦПУ, как целостную педагогическую систему, а также проследить динамику становления такой системы.

— Скажите, в чем состоял замысел богословского образования в Волгограде?

В первую очередь, чтобы восполнить кадры священнослужителей, которых катастрофически не хватало. И для этого было учреждено экстраординарное Духовное училище, одногодичное, с ежедневным посещением учениками богослужений утром и вечером. И с изучением, прежде всего, катехизиса, Священной истории Ветхого и Нового завета, по возможности истории Церкви.

Программа была приблизительно такая же как и сейчас в одногодичном Духовном училище. Сейчас это все упорядочено, а тогда педагогов не было, как Вы прекрасно и описали в своей статье (18). В 1992 г. была годовщина — 600 летия блаженной кончины прп. Сергия Радонежского. И мы провели конференцию по инициативе А. И. Половинкина, ныне он — священник Александр, “Преподобный Сергий и современный православный университет”. И мы хотели, чтобы университет был таким форумом, где встречаются чисто православные люди и колеблющиеся или, может быть, и неверующие люди, но интересующиеся Православием, для которых другой возможности узнать о нашей вере в то время не было. В 1993 г. университет заработал. Тогда у нас было три факультета — богословский, педагогический (возглавлял его священник Анатолий Гармаев) и экологический. Потом добавился церковно-певческий. А педагогический вышел из университета, и самообразовался в Епархиальное Свято-Сергиевское духовное училище православной катехизации и церковной педагогики. У них был свой уклад, который не вписывался в расписание нашего университета и свое хозяйство, и мы решили мирно разделиться. И все это произошло во благо. Связывать о. Анатолия какими-то рамками невозможно, потому что он новатор, у него свои цели катехизации общества, и он этих целей добивался. И сейчас у него устраиваются летние поселения, весенне-осенние полевые работы. У нас этих элементов трудовой колонии не предусматривалось. Поэтому мы и разошлись. Но, конечно, стоит большая проблема создать педагогический факультет, и я не знаю, когда это будет и как. Но, по-видимому, надо было бы.

Так, в конечном счете, и экономический факультет не состоялся, хотя и была программа его устройства. Но как сказал о. Александр, “общество еще не созрело”, и люди предпринимательской жилки кинулись к нам, думали, что большая стипендия будет и вольготная жизнь. Но ничего такого мы им предложить не могли. Условия у нас были сверхскромные, да Вы и сами знаете, жили в бывшей казарме, церковь устроили в бывшем спортзале. Потом нашелся благодетель, в лице Владимира Сергеевича Горелова. Он нам помог привести в порядок и общежитие, и столовую для учеников, и аудитории на первый случай, и монастырские кельи на третьем этаже и на чердаке. А потом уже через много лет мы, в конце концов, устроили настоящую церковь, где она и сейчас находится. Но отделка ее не закончена, только иконостас есть. Будем надеется, что со временем устроится все. Актовый зал устроили только пять-шесть лет назад.

Были привлечены к педагогической работе университетские силы, и я думаю, что это хорошо. К нам пришли высококлассные специалисты по истории Церкви, по истории Византийской и Русской Церкви, что очень тесно связано с гражданской историей. Так что мы были обеспечены педагогическим составом. Катехизис я несколько лет преподавал сам, а потом наши выпускники начали преподавать. Сначала в Вашем лице, а потом пришел иеромонах Николай (Чеботарев) после окончания педагогического университета. И сейчас как-то у нас все стабилизировалось.

И монашеская жизнь налаживалась вместе с жизнью учебного заведения. Сейчас вроде братия устоялась, часть из них учится на богословском факультете. Но до сих пор дело находится, и я не ошибусь, если так скажу, в состоянии развития.

У нас уже какие были достижения? Наши выпускники, особо талантливые, с благословения патриарха принимаются в Московскую Духовную академию для завершения богословского образования и написания сочинения на степень кандидата богословия. И три таких кандидата у нас сегодня работают.

Организовался церковно-певческий педагогический факультет. Сначала супруги Есины этим занимались, но потом дело показало, что у них свои представления о церковном пении, которые и не церковные оказались на самом деле. И нам пришлось с ними расстаться. И факультет церковно-певческий педагогический возглавил протодиакон Сергий Колосков, окончивший незадолго до того Саратовскую консерваторию.

Все будет зависеть от того, какие ученики к нам придут. Нам повезло, что у нас были ученики с высшим образованием, в Вашем лице скажем, и еще кто-то институт культуры закончил; люди не чуждые науки и практики ее применения в жизнь. Конечно, была большая текучесть. Задерживать тех, кто желал поискать себе счастья в других епархиях я не мог, они увольнялись, и они уезжали, да и не возможно их задерживать, т.к. получится целая система конфликтов. А наше дело такое, что любой конфликт подрывает общее состояние школы, и, можно сказать, епархии. Такие конфликты были, но на другой почве. Просто приходили случайные люди, которые вносили дисгармонию в нашу школу и потому приходилось с ними расставаться.

 — Как на Ваш взгляд, возможно совместить образ опытного богословия и образ научного богословия?

Видите, я думаю, что это как бы надуманная проблема, потому что я держусь такого мнения, как и о. Силуан говорил, да и все подвижники, “богослов тот, кто молится, и кто молится тот богословствует”. Я недавно как-то вник в историю имяславческого движения и реакции на него наших богословов начала XX века, и мне стало как-то не по себе, потому что школьное богословие стало в оппозицию людям, опытно постигающим и существо Божие, и форму общения с Богом. Монахи, делатели Иисусовой молитвы, ничего нового не придумали, потому что так, как они переживали богообщение, это было живое богообщение. А представители школьного богословия вступили в спор с аскетами и молитвенниками. Богословие — одно, аскетическое. И сейчас в нашей науке пересматриваются некоторые прежние точки зрения. Это была большая несуразность преследовать монахов за то, что они, продолжая традиции прп. Симеона Нового Богослова, свт. Григория Паламы, исихастскую традицию, выразились в своих речениях не так, как наше школьное богословие, в большой степени подпорченное западным влиянием себе это представляет. Конечно, нельзя монахов было ни избивать, как это было, нельзя и преследовать и отлучать от церковного общения. Все должно было бы проходить мирно, и должна быть в этом смысле духовная свобода, потому что они как раз ничего церковного не отрицали, и хотели быть в полном послушании. А наши богословы, которые такого опыта молитвенного общения с Богом не имели, они мудрствовали от ума. Тот же архиепископ Никон Вологодский, который прежде писал, то же что и наши русские подвижники об Имени Божием. И как оно влияет на человека, как оно освящает человека, что в нем Бог Себя являет в человеке и для человека. Потом он договорился до нелепостей. Правда, это совсем другой вопрос, но я хочу сказать: дай Бог нам не увязнуть в этих проблемах.

Да, у нас государственный стандарт “Теология”, но мы должны быть богословами. Московская Духовная академия и Санкт-Петербургская Духовная академия, в сущности старейшие учебные заведения в России, лишенные большевиками всякого статуса государственной важности, в настоящее время не могут быть зарегистрированными в качестве таковых, именно богословских наших православных российских высших учебных заведений в Министерстве образования. Потому что у Министерства образования нет стандарта “Богословие”. А мы тут причем, что у них нет такого стандарта? Это им надо подтянуться до такого состояния и науки, и понимания богословия Православной Церкви, чтобы не быть постоянному конфликту общества и Церкви, гражданских учебных заведений и богословских. Поэтому патриарх постоянно добивается в Министерстве, чтобы пересмотреть это дело в пользу признания богословских школ России.

— Педагогическую систему определяет не только идеал, но и конкретная цель, т.е. ожидаемый результат. Достижимо ли единство цели в подготовке, с одной стороны, ученых-исследователей, с другой — пастырей-практиков? Система классического университета закладывает базовую культуру личности. Каким образом можно согласовать меру познания с мерой “нравственного совершенства духа”?

По-моему, у нас все возможности для такого творческого пробуждения и обнаружения потенциала имеются. Недавно мы прекрасно оборудовали библиотеку, но сказывается теснота. Бытие имеет некоторое влияние на сознание, и сейчас мы боремся, чтобы библиотека была укомплектована, наподобие как это существует в других ВУЗах.

У нас для того, чтобы состоялась пастырская образованность, имеются все условия: ежедневное богослужение, богословские, исторические, филологические предметы. И это прослеживается на примере Духовных академий за последние 50 лет, что в стенах духовных учебных заведений и те, и другие студенты учились вместе. Некоторые студенты обнаруживали способности к тому, чтобы заниматься богословием, и их оставляли для педагогической работы, а большинство уходило в состав клира и осуществляло богослужебно-пастырскую деятельность. И я считаю, что большого разрыва здесь и не должно быть. А если встать на позицию чисто гражданской специализации, тогда для них старец Силуан, да и все наши подвижники — не ученые, тогда они бы держались стороны Акиндина и Варлаама. А практика церковной жизни показывает, что философски образованные иерархи и священнослужители, подобно свт. Григорию Паламе и нашим великим отцам Церкви — Василию Великому, Григорию Богослову и Иоанну Златоусту, в себе это все совмещали. Они принимали научный метод, а содержание исследования должно было основываться на личном духовном опыте, чего было не занимать и свт. Григорию Богослову — ученейшему человеку, и свт. Василию Великому, также ученейшему человеку, да и свт. Иоанну Златоусту, который как мы помним, готовился к юридической практике, и может в силу этого в его трудах большую часть занимают нравственные аспекты христианского учения. Но тем не менее они в целом представляли такое вот единение, хотя были и люди разные по характеру и качеству образования. Они являют пример того, как совмещается богословское опытное знание и ученость светская. Эта традиция всегда в Церкви имела место, и я с горечью думаю, что наше богословие претерпело влияние западного умствования и оторвалось от аскетической практики духовной жизни. Вместе с тем конфликт по поводу имяславческого движения — это печальное того последствие.

— И здесь нет другого выхода, как обратить внимание на семью, чтобы будущие богословы в ней рождались, воспитывались и приходили к нам. Пока мы не можем гармонично достичь соединения интеллектуального познания с “мерой нравственного совершенствования”. Насколько, на Ваш взгляд, оправдана внешняя регламентация поведения или необходимо пробуждение внутреннего творческого потенциала студента?

Видите ли, внешняя регламентация поведения студента очень важна. Представьте себе, каждый день надо было присутствовать на богослужении. Разве это не организует духовную жизнь? Я думаю, что очень организует и более того, дает практику участия в церковном чтении, церковном пении. И интенсивная работа по овладению катехизисом, библейской историей Ветхого и Нового завета, церковной историей. Мне кажется, этого всего достаточно. Когда многие наши ученики приходили в семинарию поступать, то они видели, что многое им уже знакомо, хотя они проучились у нас только один год. Практика интенсивного обучения в одногодичном Духовном училище нашего типа, конечно, себя оправдывает. Такое обучение должно полностью подчинить внимание и волю студента, его внешнее поведение.

Я подвел некоторые итоги. У нас 31 выпускник за 10 лет, если вычесть двух женщин — Ольгу Лебедеву и Светлану Кардаеву, то примерно половина уже в священном сане. И опять та же проблема, если наших студентов неплохо учат общаться с книгой, то вот общаться с живым человеком у них нет навыка. Это создает для них препятствие потом в пастырском служении.

— Эта проблема в любой семинарии. Вот скажем, особенно в советское время выпускники монастырских семинарий неуютно себя чувствовали в миру. Я ничего против монастырских Духовных школ не имею, я их очень люблю. Но когда человек живет в городе, у него больше общения, он как-то подспудно создает себе modus vivendius с этим миром. Для нас не подходит такое, чтобы свободно себя вести. Говорить с кем-то, просто нет времени. А для студентов это также сложно, потому что у них обязательное ежедневное посещение утреннего богослужения, а в субботу они все на богослужении вечером. Я считаю, что этим должен заниматься особый предмет, я думаю предмет миссиология. Наверное, в будущем это явится нашей задачей, чтобы встречаться нашим ученикам и ученикам волгоградских ВУЗов. Тем более что наши преподаватели, к примеру, о. Александр Половинкин, занимаются нравственным обучением студентов в обычных ВУЗах.

— У нас в специализации дается дополнительная квалификация преподаватель, но очень маленькая педагогическая практика и получается, что наши студенты не могут общаться ни с детьми, ни со взрослыми.

Для этого вообще нужна одаренность.

Тогда возможно выявление одаренных личностей и предоставление им возможности специализироваться на педагогическом поприще.

Я думаю, что вот это — наш путь.

26 апреля 2004 года Свято-Духов мужской монастырь беседовал игумен Владимир (Перевертайло).

Приложение №2

Сноски

  1. Воробьев В., прот. Проблемы православного образования сегодня. // Богословский сборник. Выпуск 9. ПСТБИ. М., 2002. С. 5
  2. Козлов М., прот. Духовное образование в России в XVII-XX вв. // Православная Энциклопедия. Русская Православная Церковь. Москва, 2000.
  3. Козлов М., прот. Реформа духовных школ диктуется новыми условиями жизни. Доклад на научно-практической конференции “Богословское образование и наука в XXI веке” ( 9-11 октября 2001 г., Троице-Сергиева Лавра).
  4. Евгений (Решетников), архиепископ. Интеграция богословского образования Русской Православной Церкви в систему российского образования. // Религия и школа в современной России. Документы. Материалы. Выступления. М.: Планета-2000, 2003. С.75.
  5. Православный Свято-Тихоновский богословский институт. 1992—2002. М., 2002.
  6. Иларион (Алфеев), иеромонах. Православное богословие на рубеже столетий. М., 1999.
  7. Осипов А. И. Русское духовное образование. Задачи духовного образования. // Православное понимание смысла жизни. Киев, 2001. С. 200.
  8. Осипов А. И. Русское духовное образование. Задачи духовного образования. // Православное понимание смысла жизни. Киев, 2001. С. 200.
  9. Шведов О. Православная интеллигентность и интеллигентное Православие. //Православная беседа. 2000, № 3.
  10. Амфилохий (Радович), митрополит. Основы

Для этой записи меток нет
Запись опубликована 8 января 2011 пользователем . .
Если вы обнаружили неточность или же обладаете дополнительными материалами к данной странице, редакция сайта "Волгоград Православный" с радостью и благодарностью примет ваши корректировки на наш адрес электронной почты volgaprav@yandex.ru
Спаси вас Господь!